АНДРЕЙ ШАЦКОВ
ФЛОКСЫ...
Синий сумрак ушедшего лета.
Астры звёзд, звёзды астр, и нежна –
На краю подмосковного света
Неподвижно стоит тишина.
Снова ночи таинственный бархат.
И безмолвно глядят в высоту –
Флоксы... Боже мой, как они пахнут
В осенённом Успеньем саду.
В эту терпкую пору до срока
Не уснуть средь древесных купин...
Флоксы, астры стоят у порога,
А на клумбе цветет георгин.
Я дарил их охапками маме,
Понимая, что в створку ворот,
Журавлиными мерить шагами
Этот мир, моё детство уйдёт
Задержать до последнего вздоха,
Заповедных цветов аромат.
Гладиолусы... Школа... Эпоха,
Где стихи заглушали грома!
Где в желанное завтра распахнут,
Просыпался с мечтой о любви...
Флоксы, Боже мой, как они пахнут,
Словно горькие губы твои!
АВГУСТ 2007
Здравствуй август, как обложка глянцевый,
От росы, упавшей на траву...
Палевый, зелёный, померанцевый,
Отразивший в плёсах поутру
Небо,
поздним светом осиянное,
В шелесте и треске птичьих крыл.
Здравствуй август, время покаянное
Расставанья с тем, что так любил.
С тем, что было с Рождества завещано,
Обещаньем неземной любви
Той земной, обыкновенной женщины,
Что сыновни волосы мои
Гладила,
шарфом пуховым кутала
Шеи выпирающий кадык...
Опускалась ночь свинцовым куколем,
Оставалось времени впритык
До прощальной поминальной росстани,
За которой свет не так уж бел,
Как белы палат больничных простыни,
Уводящих в сумрачный придел!..
Здравствуй, август! Подари спасение,
Ну а если вдруг спасенья – нет,
Пусть печальным праздником Успения
Лягут в землю штрифель и ранет.
И растают горьким дымом в просини,
Литии бесплотные слова...
И не будет мамы в этой осени,
И не будет в осени тепла!
В ДЕНЬ ЛЕТНЕГО АНДРЕЯ
В святую пятницу седмицы,
Когда спадет последний жар,
В окно монашеской светлицы
Заглянет облако Стожар.
И сонмы ангелов слетятся,
Рождая свет из темноты.
И на столе псалтырь и святцы
Листают инока персты.
И покаянье в час прохлады
Спасает душу от корост.
И взваром яблочной услады
Стекает киноварь на холст.
Но что оставит рок вселенский,
Привстав в ордынских стременах?
Успенский и Богоявленский
Рублёвский крест на раменах.
Да Русь, подбитую как птица,
На вековечном правеже.
Да в заполошной муке лица
Толпы, забывшей о душе…
Опять на Летнего Андрея
Затеплю «Троице» свечу.
Но никого не отогрею.
И ничего не заплачу.
Кому платить? Какою мерой
Былому меряна цена?
Не поступлюсь отцовской верой!
Неопалима Купина…
* * *
Бродит волчицею серою
Оттепель –
в ночь, за окном…
В чём твоя вера? –
Не верую
В матерь, уснувшую сном
Вечным,
средь мая цветения,
После недели страстной.
Ждать ли твоё воскресение?
Будешь ли снова со мной?
Звёзд слюдяное сияние
Тает на снежной меже…
Как обрести покаяние,
Если смятенье в душе?!
Кажется сонной химерою,
В небе затерянный рай…
Верую! Верую!! Верую!!!
Мама, не умирай!
За ледяною излучиной,
В сполохах млечной пурги,
Ночью бессонной измученный,
Слышу родные шаги.
Там, где часы беззаботные
Мы проводили любя,
Мамины пальцы бесплотные
Крестят, прощаясь, дитя
Взрослое,
с жёсткою проседью,
Горя познавшее край.
Губ шелестящее просинью:
«Мама, не умирай!»
18 декабря 2007г.
РОЖДЕСТВО НА СВЯТОЙ ЗЕМЛЕ
Святая ночь, святое торжество –
Настало,
и шагами пилигрима
Спускается на стогны Рождество
Со стен и башен Иерусалима.
В небесной грусти Гефсиманский сад.
Песок и камень овамо и семо.
Здесь пуп земли, так книги говорят.
Здесь луч Звезды достигнул Вифлеема.
Здесь нет лесов, где правят волшебство
И колядуя, втайне тешат беса,
Но всё равно встречают Рождество
Желанное и жданное…
Завеса
В сочельник расточается пурги,
Ложась пуховым платом на дороги.
Здесь не слышны тяжёлые шаги,
И к валенкам привычны с детства ноги.
Отсюда так далёк Ерушалаим
Библейский,
над Гихона берегами.
Здесь торжествует в силе Третий Рим –
Московия, над грузными снегами!
Здесь я рождён, и будит сердце зря
Загадочной страны призыв и вызов.
Восточная лимонная заря.
Русскоязычный шёпот кипарисов.
01 – 08 января 2008 г. Святая Земля
ДУША
Сонный морок бесом вьюги мечется,
Чёрной ризой застит белый свет.
За грехи отцов душа-ответчица,
Ты кому спешишь давать ответ?
Позади ищи, что будет впереди.
Жизнь водой сквозь пальцы протекла…
Но упрямо тянут стаю лебеди
В небе, цвета мутного стекла.
Эту полночь, звёздами сорящую,
Этот ветер, плачущий навзрыд,
Эту память, о весне скорбящую –
Унесут в заоблачный зенит.
И взметнётся ввысь душа над плавнями,
На земле оставив в горле ком.
Этот дом, скрипящий сипло ставнями.
Этот холм, под снега клобуком.
Это всё, что в добром детстве вызрело,
Всё, что становило на крыло.
Всё, что песней лебедя до выстрела
На бумагу строчками легло.
ДОРОГА К ХРАМУ
Тоска над русскими равнинами.
О прошлом грезит каждый стог.
Опять над мокрыми купинами
Стожары зажигает Бог.
Опять над заводью рассеянно
Курлычат в небе журавли.
Опять на родине Есенина
Свечу крестильную зажгли.
Застыла на осенней паперти
Россия с нищенской сумой.
С печальным взором Богоматери
Над скоморошьей Хохломой.
Над вековым Рязанским углищем,
Познавшим ратную беду.
Над воровским набатным Угличем,
Не уберегшим сироту.
Но в мире нет желанней болести
И нет прекраснее пути,
Чем по Великой Русской Волости
Стезей осеннею пройти!
Чтоб вновь успеть вернуться,
к зазимью
В юдоль отцовскую спеша.
Чтоб не упало небо на землю
И не обуглилась душа!