ПРЕДСТАВЛЕНИЕ
– Ты им знаком? – Я им сосед.
В большом сообществе домашнем,
Где дом, забор, еще забор,
Друг другу мы рукою машем,
Но не вступаем в разговор.
Республиканцы, демократы –
На улице не в этом суть:
Друг друга видеть мы не рады,
Но и не злобствуем ничуть.
Нет, в разговор мы не вступаем.
Зачем мутить глубины душ?
У той сожитель невменяем,
У этой алкоголик муж.
Один сосед – не враг, не друг,
Ненапрягающийся Кук.
Но во дворе кипит работа:
Ломают, строят, красят что-то;
Ни сил, ни времени не жаль,
Чтоб превратился дом в Версаль.
Особнячок, что за углом,
Как говорят, пойдет на слом.
Там доживает дни старушка –
На вид изъеденная сушка,
И есть надежда, что весной
Она отбудет в мир иной;
Пока что держится, и стойко,
Но скоро грянет перестройка.
Чуть справа лев, чуть слева вошь;
Их много – всех не назовешь.
Через дорогу важный дядя
Проходит, на меня не глядя.
Упитан в меру и усат:
Трибун, избранник, депутат.
Поодаль в доме много лая;
Там обитает дама злая,
А муж, супруги не милей,
Разводит сук и кобелей.
Гуляет он с собачьей свитой
В одном исподнем и небритый.
Но, хитрый повар, основное
Оставил на закуску я.
Живет на улице со мною
Не просто женщина: судья.
Трепещет гордо на флагштоке
Наш звездно-полосатый флаг.
Посмотришь, и пронзают токи:
Здесь суд и правда ни на шаг
Не отступают друг от друга,
Как конь и мощная подпруга.
Среди собачников и пьяниц,
Любимцев публики, судей
Живет один американец,
А в прошлом русский иудей.
Переселенье – эпопея,
Но то – дела минувших дней.
Соседей старых не глупее,
Соседей новых не умней
И уж, конечно, не богаче,
Не любит ни интриг, ни драк,
Но не боится дать и сдачи:
Что ж делать? У людей все так.
Живет – сосед своим соседям,
Умрет – забудут в тот же час.
Карета жизни: в ней мы едем;
Она же и задавит нас.
Смешон ей мужество колосса,
Смешны и карлика испуг.
Скрипите, верные колеса,
Скрепляя версты в прочный круг.
А я еще раз напоследок
Взгляну на малый круг земной,
На всех соседей и соседок –
И в добрый путь: за мной, за мной!
ПЕВЕЦ НА МОСТУ
Он играет на гитаре –
Слушать всякий рад,
А сегодня он в ударе:
Звуки – гром, каскад.
Песни гнева и протеста –
Мир куда как плох;
Слабым людям нет в нем места:
Всех сожрал Молох.
И певец земного шара
Был с пеленок лих.
В бой звала его гитара,
К небу рвался стих.
Тратить время на дипломы
Может только сноб.
Стену рушь и рвись в проломы –
Уцелеет лоб.
И девчонки были с нами,
Не для них уют.
«Не сражайтесь во Вьетнаме», –
Пели и поют.
Медяки звенят в футляре,
Крик души в его гитаре,
Но у всех дела.
Нищий жить хотел красиво:
За свободу, без наживы;
Жаль, что жизнь прошла.
Острый кончик сточится,
Сердце заболит.
Так живи, как хочется,
Если Бог велит.
МЯТЕЖНЫЙ И БУРЯ
Ах, как ветер продул нам улицу:
Завывания, грозный свист!
Но герой идет, не сутулится,
Потому что он оптимист.
Люд попроще судачит: «Нате-ка,
Летом вдруг холода пришли».
А он ищет бури и натиска –
Пусть сметет все с лица земли.
Шторм на море; даже со взрослыми
Не пускают детей гулять.
Буревестник выходит с веслами
Для него ли покой и гладь?
Только в буре морской бездумности
Говоришь себе: «Бей, круши!»
Только в дури такой бездомности
И спадает тяжесть с души.
Были ль помыслы те нелепыми,
Был ли тот буревестник глуп?
Берег сушится; лишь под щепами
Разлагается чей-то труп.
ПРАВИЛЬНЫЙ ГОРОД
Это город, о котором не пишут стихов.
Столбы фонарей, мосты,
Лодки везут дневной улов
И плес замечательной красоты.
Буря наметает сугроб на сугроб,
Но летом будет тепло.
За небоскребом встает небоскреб:
Камень, сталь, стекло.
В городе налаженный быт:
Под мостом бездомные спят,
А в библиотеке сидит
Нобелевский лауреат.
Ни на подвиги, ни на страх
Не наброшен тайны покров.
Светит солнце. О таких городах
Никто не пишет стихов.
МЫ ОТТУДА
Есть страны, проклятые Богом:
Богатство руд, избыток вод,
В чащобе звери по берлогам,
И неогляден неба свод.
Одни лишь люди там некстати:
Вся жизнь – история потерь,
И проку нет в их гордой стати,
Каким аршином их ни мерь.