ИРИНА КОЗЛОВА

*  *  *

Поймать фортуну в мышеловку

Задача, скажем, не для клуш.

Пустить слезу иль скрыться в глушь -

Да не проймёшь её, чертовку.

Кусок души за крупный куш

Продать – и тут нужна сноровка.

Не помогает маскировка,

И вздорны выклики кликуш.

Клише доступно, как массовка

Для жаждущих актёрских душ.

Хоть элегантна рокировка,

Оркестр нам не сыграет туш.

Так лучше – под холодный душ,

И из последних – стометровку.

*  *  *

Эксперимент наоборот:

У Евы взяв ребро, Адама

Помыслив мудро, создал тот,

Кому с тех пор возводят храмы.

Ребро – казалось, ерунда,

Но родился источник драмы:

В груди тревожит пустота,

И невозможно без Адама.

*  *  *

Спасибо горестям зимы.

Обледенелые ступени,

Пристрастье к полуночным бденьям,

Безмолвье сонной полутьмы.

Темно и глухо. За стеной –

Ошеломление метели.

Слова, которые не смели

В дом постучаться – вновь со мной.

А скука тем и хороша,

Что можно, не смущаясь ленью,

Наедине с заблудшей тенью

Вести беседу не спеша.

Пусть боль не стоит ни гроша,

Но в кружеве хитросплетений,

Связав распавшиеся звенья,

Да обретёт себя душа.

***

   Я век себе по росту выбирал...

                 Арсений Тарковский

Быть поэтом – не выбор.

Быть поэтом – судьба.

Не залечит ушибы

Давних дней ворожба.

Ворожея, не каркай,

Все слова – в недолёт.

В одиночестве парка

Свой узор создаёт.

Власть хранящим – неведом,

И никем не ведом.

Ну а век – через беды

Шёл своим чередом.

Не в загон и не в невод,

Но порою - в поддых.

Человеческой веры

Полузагнанный стих.

***

                      Средь шумного бала...

                                  (А. К. Толстой)

Альбом Модильяни на столике стильном,

Игристый напиток разлит по бокалам.

Слеза в антураже картинно-стерильном

Смущаясь, прикинулась бледным опалом.

Ему бы – под опытный глаз ювелира,

Но нет ювелиров средь шумного бала.

Тоску одурачив глотком эликсира,

Пришлось постигать ремесло карнавала.